В минувшее воскресенье исполнилось 37 лет со дня вывода советских войск из Афганистана. Это не просто календарная дата, а день памяти о земляках, не вернувшихся с той войны, и повод поговорить о тех, кто прошел через горнило боевых действий.

«Афганцы» стали первыми ветеранами боевых действий после воинов Великой Отечественной

– Юрий Владимирович, сколько сейчас в Дзержинской организации РСВА ветеранов Афганистана?

– Не так уж много, несколько десятков. Однако основной состав нашей организации неизменен. Хотя, конечно, мы уже несем потери: все-таки возрастная категория 50 лет с большим плюсом. Мужчины уходят из жизни: по одному-два в год, а два года назад троих буквально за месяц схоронили.

Но отрадно, что на смену приходят новые члены. И «афганцы», и «чеченцы». Есть и те, кто не воевал: устав союза ветеранов не запрещает вступать в ряды, если разделяешь наши общие цели и задачи. Конечно, это люди, служившие в армии. Основное количество – плюс-минус 60 членов – в организации сохраняется.

При этом у нас жесткий учет: каждый имеет членский билет, платит взносы. Мы, как городское отделение общероссийской организации, являемся юридическим лицом, и Устав у нас один на всю Российскую Федерацию. Есть расчетный счет, мы сдаем отчетность и в налоговую инспекцию, и в другие официальные структуры. Существует областная организация, которой мы территориально подчиняемся.

– А новые участники часто приходят?

– Я не скажу, что к нам идут валом. Раньше, в самом начале становления ветеранского движения, «афганцы» были первыми участниками боевых действий после Великой Отечественной. Да, тогда были и льготы, и пособия. Сейчас этого нет. Наоборот, на членах организации лежит обязанность эту структуру содержать. Мы платим немалые членские взносы, на что не каждый согласится. Плюс хотя бы два-три раза в год надо участвовать в мероприятиях, которые проводит союз.

И все же здесь нам удалось сплотить целеустремленных людей под конкретные задачи. Никто не уходит. Бывало, правда, что люди приостанавливали членство: ребята временно уезжали в другой регион. Но всегда возвращались.

Память, которую надо хранить

– В чем вы видите задачу организации сегодня?

– Наша основная задача – защита интересов ветеранов боевых действий и членов их семей. В Дзержинске за годы существования сложилось несколько направлений.

Первое и, пожалуй, главное – содержание воинских захоронений: как погибших в Афганистане ребят, так и умерших членов организации. Мы заботимся о могилах, помогаем семьям.

Плюс еще лет десять назад мы взяли на себя обязанность приводить в порядок кладбище села Черного, где есть братские могилы воинов Великой Отечественной. Это было наше добровольное решение, нам никто этого не поручал. Мы эту тему сами, что называется, раскопали в сотрудничестве с Дзержинским военкоматом.

Потребовалось около шести лет, чтобы «дожать» городскую администрацию и официально поставить захоронения на учет как воинские. Теперь город обязан за ними присматривать.

Некоторое время назад был разработан макет реконструкции этого воинского захоронения с подъездными путями и небольшой автостоянкой. Проект оплатили из городского бюджета. Но на этом все и закончилось. Реализации не случилось, хотя другие, более дорогостоящие инициативы осуществили. Например, около 200 миллионов рублей потратили на Утиное озеро, а на наш проект требовалось всего порядка 16 миллионов...

Мы продолжаем ухаживать за захоронениями и в селе Черном, и на городском кладбище. В этом году меняли столики и деревянные лавочки, которые сгнили. Помогли спонсоры, а отнюдь не администрация Дзержинска.

Есть задумка поменять даже ограды на могилах героев. На старых захоронениях они витые, и подкрашивать их очень сложно. Мы готовы вложиться и поставить современные ограждения. Это будет гораздо эстетичнее и практичнее. Поговорим с родственниками, у кого они еще остались, и решим этот вопрос.

«Уроки мужества»: от автомата до турпохода

– Знаю, что ваша практика патриотического воспитания в Дзержинске имеет большую историю. Расскажите о ее сегодняшнем дне.

– Действительно, опыт серьезный. Мы получили его, когда на базе школы №20 тренировали инициативную команду по военно-прикладному спорту. Они тогда гремели результативностью в городе и области – прежние мальчишки, а сейчас уже взрослые мужчины.

Сейчас мы взяли шефство над воскресной школой храма Антония Великого. Хорошо, что там рассказывают про религию, прививают основы православия. Но пацан всегда остается пацаном. Когда мы приехали в первый раз, привезли два автомата Калашникова, чтобы дать ребятам возможность их собрать и разобрать. Там даже девчонки так увлеклись, что ногти поломали, – ажиотаж был! На 23 Февраля опять едем туда проводить военно-прикладные занятия.

– А как в целом у вас обстоят дела с системной работой с подрастающим поколением?

– Нельзя сказать, что она идет идеально. В прежние годы было получше. Например, у нас в планах на весну провести городской турнир по военно-прикладному спорту среди школьников. Такие мероприятия проводились и раньше, но тогда выделялись бюджетные средства, добавлялись спонсорские – турнир получался шикарным. Мы собирали иногда больше ста участников в один день. Максимум был на четвертом турнире – порядка 160 человек. Началось все при Викторе Сопине, первый турнир провели при нем.

А сейчас, с этими конкурсами грантов, нам это не очень интересно. Если есть целевое финансирование, мы работаем. Потому что в турнире задействованы дети, а их обманывать нельзя.

– И какие перспективы у турнира сейчас?

– Мы встретились и обсудили перспективы с благочинным Дзержинска, его моральная поддержка у нас есть. Чем в свое время было хорошо проводить турнир на базе 20-й школы в Прибрежном микрорайоне? Мы своими силами, с помощью спонсоров, построили настоящую полосу препятствий. Сейчас она уже наполовину пришла в негодность. Пока деньги выделялись, мы ее содержали: покупали краску, проводили субботники, ремонтировали. Сейчас пришлось это оставить.

В перспективе будем сотрудничать с воскресными школами. Там те же мальчишки и девчонки. Планируем, что турнир пройдет в конце весны, когда уже будет тепло. Есть соответствующее предложение от отца Андрея Маношкина – настоятеля храма Серафима Саровского.

Летом при поддержке храма Антония Великого, за счет спонсоров и при нашем участии мы организовали для ребятишек православный однодневный маршрут. Вывели детей на берег озерка в Желнино. Прошли они около полутора километров, вроде как марш-бросок, протащили их по буеракам. Потом разбили лагерь, показали, как ставить палатки. Плюс взяли с собой оружие – разбирали автомат. И пневматику – постреляли.

– Со школами активно сотрудничаете?

– Да. Если говорить о том походе, то принять участие в аналогичном мероприятии в этом году желающих уже не 15, а порядка 35 человек. Безусловно, сходим, опыт есть.

Также у нас заключен договор о сотрудничестве со школой №22. Мы периодически туда ходим, проводим «уроки мужества». Есть еще ряд школ, с которыми сотрудничаем: та же 33-я, где есть памятная доска Сергею Семянову, погибшему в Афганистане 11 ноября 1984 года.

Патриотизм – он разнонаправленный. Где-то обучаем владеть оружием, где-то идем в турпоход, а где-то занимаемся строевой подготовкой. Работаем по разным направлениям. Но самое главное – помнить о своих героях.

Хранили свято честь родной страны!

37 лет минуло с тех пор, когда последний советский солдат покинул территорию Афганистана. За этот период в составе ОКСВА прошли военную службу 620 тысяч военнослужащих.

За мужество и героизм, проявленные в ходе войны в Афганистане, более 200 тысяч военнослужащих были награждены орденами и медалями (11 тысяч – посмертно), 86 человек удостоены звания Героя Советского Союза (28 – посмертно).

Общее число погибших за период военного присутствия составило 15051 человек. Контужено, ранено и травмировано было более 53 тысяч человек.

В период боевых действий 415932 советских военнослужащих перенесли различные заболевания, в том числе: инфекционный гепатит – 115308 человек; брюшной тиф – 31080 человек, другие инфекционные заболевания (в т.ч. малярию) – 140665 человек.

Стали инвалидами:1-й группы – 672 человека, 2-й группы – 4216 человек, 3-й группы – 5863 человека.

Война велась в сложных географических и природных условиях: горы, пустыни, жара за +50, пыльные бури, недостаток или отсутствие воды и прочие прелести Центральной Азии. И моджахеды (душманы)… Для советских солдат не существовало гуманитарных конвоев, не платились денежные оклады с многими нулями… Не было контрактников – воевали срочники с безусыми лейтенантами во главе взводов…

Но для всех было главное – присяга! И на всех была одна Родина!

Которая не призывала их быть патриотами, но она их в них взращивала с самого раннего возраста… Бесплатными детскими садами, бесплатным полным средним и высшим образованием, бесплатными спортивными секциями и кружками, летними лагерями…

И в далеком Афгане эти парни просто отдали свой долг Родине. Да, потом и кровью. Но это было честно.

За участие в праздничных мероприятиях выражаем благодарность настоятелю церкви Серафима Саровского отцу Андрею, священнику церкви Антония Великого отцу Иоанну, воспитанникам воскресной школы церкви Антония Великого Куварину Ивану, Кувариной Софье, Свечниковой Софье, Скворцовой Дарье, Зайкину Михаилу, Паниной Анастасии, их родителям, а также директору воскресной школы церкви Антония Великого Кленовой Марине Юрьевне.

Председатель правления Российского союза ветеранов Афганистана СВО Юрий САЛОВ.

Приходится подключать прокуратуру

– Очень важна помощь семьям военнослужащих, особенно погибших и умерших. Как организация занимается этими вопросами?

–У нас в России очень много хороших законов. Но они порой почему-то не выполняются. Чтобы их исполнить, приходилось подключать прокуратуру и Следственный комитет.

К примеру, умирает ветеран боевых действий. Его семье положены выплаты – и на похороны, и на установку памятника. Люди собирают пакет документов, идут в военкомат. А там им показывают большой кукиш. Приходят к нам: поможете? И мы помогаем.

Мы написали несколько писем: и в Минобороны, и в прокуратуру, и в СК. Чиновнику, который повел себя некорректно, дали по шапке. Положенные деньги семье вернули.

Такими вопросами постоянно приходится заниматься. Естественно, и коммунальные темы достают.

– Часто ли приходится решать проблемы участников СВО?

– Да, нередко. Приходила прошлым летом мама одного из бойцов, который воевал на Донбассе. Ногу он потерял, подорвался на мине. Совсем молодой человек, 21 год. Ему написали план реабилитации. Но когда он еще лежал в московских госпиталях, выдали протез старого образца. Носить его очень тяжело. Что делать? Мы вели переписку с властями, в результате помогли. Уже и в Питер его свозили, реабилитацию прошел, и протез нормальный подобрали. Да, это больше двух месяцев переписки и обращений. Но наше вмешательство дало результат.

Вообще, в нашу организацию может обратиться любой. И мы готовы потратить ресурсы на это дело.

– И на финансовые траты не скупитесь?

– Именно так. У нашей городской организации есть касса взаимопомощи. Если человек заболел, мы из этой кассы безвозмездно выделим до пяти тысяч рублей. Если умирает член организации, единовременно десять тысяч идет на похороны. Несколько раз так было.

Будем биться до последнего

– В мае 2026 года вашей организации исполнится 25 лет. Как будете отмечать?

– Наша организация – боевая: воевать можно на разных фронтах, а мы теперь воюем на бюрократическом фронте. Это, наверное, самая неприятная боевая линия. Война идет, и, хотя ее не видно, будем биться до последнего.

Алексей СЕРГУНИН.